Миранделла: Enchanted World

Объявление

В случае проблемы с регистрацией стучите в аську: 602-943-371

Баннеры:

Волшебный рейтинг игровых сайтов TopOnline - Рейтинг ролевых игр Ещё один великолепный МИФ. Ролевая игра по МИФам Асприна Яндекс.Метрика

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Миранделла: Enchanted World » Эльфийский лес » Поляна на краю эльфийского леса


Поляна на краю эльфийского леса

Сообщений 1 страница 28 из 28

1

http://s47.radikal.ru/i116/1011/93/714f70544e69.jpg
Небольшая поляна, где привольно растут всякие растения, цветы, грибы и ягоды, разделена на две части глубоким и звонким ручьём, быстрая вода которого столь студёна и чиста, что не каждый осмелится побеспокоить течение ручья и замутить эту воду. Оба берега ручья соединены узким деревянным мостком, края которого поросли мхом и водорослями, а на наиболее отдалённой от пришлых стороне мостка (где уже начинаются владения лесных эльфов) по обоим его краям расставлены два магических светильника, выполненных в виде кубков из неизвестного сорта древесины (это редко встречаемый подвид мэллорна, древесина которого устойчива к магическим огням). Ножки кубков оплетены цветущими растениями, а в чашах находятся светящиеся белым светом кристаллы. Стоит только путнику немного задержаться на граничной поляне, ступить на мосток или ещё каким-нибудь образом выказать намерение продвинуться дальше в направлении эльфийских владений, как его тут же остановит вонзившаяся в траву перед самыми его ногами стрела, выпущенная из лука кем-либо из дозорных эльфов. Ежели пришелец не понимает намёка – то тогда дозорными эльфами таким же образом будет пущено разъяснение.
А стреляют они очень метко.

0

2

Пост стражи <---

Мора слышала, что где-то здесь – может быть, за этим кустом, может быть, за соседним – начинается эльфийская территория. Нянюшка Хоанита рассказывала всякие сказки о её великолепии, и Морита думала, будто бы это должно быть таким... более впечатляющим, что ли... Более помпезным, более великолепным – как, например, во дворце фэйри. А тут?.. Обычный мостик через ручей, и только светильники едва заметно указывают на присутствие эльфийской магии. «Где чудеса, спрашивается вас? Где-е чудеса?..»
Мора хотела было высказать это, но только вспомнила о бьющих без промаха эльфийских стрелах и прикусила язык. Только мордочка скривилась. Прежде, чем принимать какие-то действия, фэйри решила осмотреться, заметила усыпанный крупными спелыми красными ягодами куст малины, живёхонько набрала в горстку сладких ягод и принялась лениво, по одной, закидывать их к себе в рот, одновременно осматриваясь по сторонам, как будто чем-то желая занять своё зрение, пока насыщается.
«Что, скажете, может быть, здесь и это нельзя?!..»

0

3

Поляна Хранителей <---

Калиоль сидел в кустах и лакомился мелкими чёрненькими ягодками, про которые он постоянно забывал, как они называются. Не черника, но что-то такое очень похожее – но чуточку слаще. Малину глупый прожорливый крысюк решил оставить напоследок... и ужасно рассердился, обнаружив, что кто-то на неё уже претендует.
Толстый крысюк взмыл в воздух, его взлохмаченная шёрстка торчала во все стороны, похожая на растрёпанную мочалку. Он ожидал увидеть какое-нибудь животное, наподобие медведя... и ужасно удивился, обнаружив перед собой серую эльфоподобную девчонку с большими круглыми сиреневыми глазами.
– Ты кто такая? – сердито заверещал крыс, дуясь, пыжась, и стараясь как можно больше придать себе объёма и важности. – Ты зачем сорвала у меня ягоды прямо у меня из-под носа?
Взгляды в отношении лесной собственности и принадлежности у Калиоля были самые простые. Если уж положил глаз на что-то, то это уж точно его.

0

4

«Ну надо же! Говорящее животное!..» – Моарамнисэль растерялась и, даже не подумав, как этот поступок будет смотреться со стороны, в панике зашикала на это мохнатое недоразумение:
– Кыш! Кыш! – отмахиваясь от него руками. Малина, ясное дело, просыпалась в траву – хоть жалко было её, но туда же ей скатертью и дорога. – Сам лети прочь отсюда! Нечисть лохматый! Тварь пузатый нечёсанный! Уходи, уходи, уходи отсюда!! Не надо мне твоих блох!!! – Мора, как видно было, впала в истерику. А вот не надо так было её пугать! – Кыш отсюда! Я кому говорю!..

0

5

Калиоль опешил. Он совсем не привык, чтобы его желания сталкивались с настолько сильным отпором. Крыс отскочил назад и забормотал:
– Я хороший! У миня блох нетути – я два раза купался в тазике и мне мыло глаза щипало! Я есть хотеть! Отдай мне мою малинку! – и, так и вереща, принялся летать вокруг девицы кругами, с каждым кругом всё больше и больше впадая в истерику. – Я лисной житиль! Я свой! Это вот ты! А ты кто такая?!.. Ты сама кто такая, что жрёшь мои ягодки?!..

0

6

Чего-чего, а истошным голосом вопить «Спасите! Помогите!» Мора умела великолепно. Пусть даже не помогали и не спасали, но зато в спорных случаях ни у кого из оставшихся в живых свидетелей не оставалось сомнения: она только защищалась. Она была жертвой обстоятельств. А потом жалостливым тоном рассказывала какую-нибудь тут же сочинённую на ходу историю.
– А-а-А-А-А!! – завизжала Мора. – Помогите! Спасите! Он бешеный! Он меня съесть хочет! Эльфы добрые, да что ж это делается?!..
Отбиваясь от крысюка, она случайно задела рукою за ветвь малины – старую, почти усохшую и жёсткую, где не было ягод, а колючки были крупные и твёрдые – почти как у розы. Колючки тут же сделали своё чёрное и неблагодарное дело и рука из-за царапины окрасилась кровью.

0

7

Остроухие рейнджеры, наблюдающие за Эльфийским Королевством и прилегавшими к нему территориями, были так воспитаны, что любой призыв о помощи "Эльфы добрые!" от попавшей в беду девицы, независимо от того, какой бы она ни была расы, возраста, воспитания и привлекательности, не мог быть оставлен ими без должного внимания. Кареволосый эльф, быстро переглянувшись с напарником, достал из колчана стрелу с мягким амортизирующим наконечником, которые эльфы использовали для отпугивания животных, когда не хотели причинить им вреда, тщательно прицелился – «безопасная» стрела обладала худшими аэродинамическими свойствами по сравнению с обычной и могла использоваться только на близком расстоянии – и пустил стрелу в горластого нахального летуна, докучавшего незнакомке своими воплями. Вслед за этим его напарник начал быстро и ловко спускаться с дерева, дабы свести с непрошеными гостями уже более близкое знакомство.
Его распущенные длинные волосы, небрежно отброшенные назад, были песочного цвета, а сияющие мягким светом глаза – нежно-изумрудными, словно молодая трава. И он был ещё очень молод, заметно моложе своего тёмноглазого и кареволосого напарника, не лишён ещё многих иллюзий юности, побуждающих молодого эльфа чувствовать и проявлять себя рыцарем, даже если это не было от него необходимо.

0

8

Увлекшись карательно-пугательными мерами в отношении нахальной воровки – поедательницы его малинки, летучий грызун заходил на очередной вираж, когда вдруг что-то больно тюкнуло его сзади. Визг оборвался, Калиоль (точь-в-точь как гордая птица ёж) полетел по прямой и скрылся в ближайших кустах, откуда тут же донеслось его тоненькое визжание. Крыс не понимал, кто мог на него напасть, и был слишком напуган неожиданным нападением, полётом и приземлением, чтобы сообразить, что своим плачем, скулением и визгом, на которые толстый глупый пушистый крысюк был весьма горазд, он только привлекает к себе внимание нападавших.
– Эльфийская кошка, да что ж это делается?!.. – наконец донеслось из кустов его более осмысленное проклятие. – На миня снова напали! Средь бела дня! Щас я отсюда вылечу и покажу вам! Всем вам пакажу, где крысы зимують!!.. Воть!..
Однако когда пузатый крысюк попытался осуществить свои угрозы, оказалось, что он запутался в ветках и не знает, как из них выбраться.

0

9

«Эльфы добрые» услышали. И помогли. Так помогли, что Мора как можно скорее прикусила язык, чтоб задавить рвавшуюся наружу на волю усмешку. Не хватало ещё, чтобы её любимая тушка – к благосостоянию которой, между прочим, Моарамнисэль была всячески привязана – отправилась в колючие кусты следом за... кем бы это, гх-хм-м, вопящее, ни было.
Вслед за этим она как можно приветливее и дружелюбнее, как умела – нет, не настолько широко, чтобы стали видны остроконечные зубы – улыбнулась, глядя на спускающегося к ней...
«Вот, наконец-то, Мора, ты и увидела настоящего эльфа...»
Боже, какой же он был красивый!.. Намного привлекательнее тех смазливых полуэльфов в таверне, которые так и норовили запустить руку под одежду к приличной пьяной в зюзю наёмнице. И ладно бы с приличными намерениями... Ну не было у Моры золота! И серебра тоже не было! А если б даже и было, не стала бы она его туда прятать!..
Этот же эльф выглядел так, словно ему ни разу в жизни не приходилось интересоваться настолько прозаическими вещами, как золото, серебро, и даже драгоценные камни. Мора смотрела, как он приближается к ней... «Хватит так глупо пялиться, а то он поймёт... Скажи же, ну скажи хотя бы что-нибудь, дура! Дубина стоеросовая!..»
– Благодарю... Вы спасли меня... – опустив глаза в землю, делая подсмотренный у людей книксен, а затем сразу же после этого второй, на другую ногу, мелодично прощебетала Моарамнисэль. – Я ведь даже не успела рассмотреть, кто это, и... Даже не знаю, что бы я без вас делала...
Для неё главным сейчас было подольститься, чем-то понравиться остроухому, чтобы не распознали в ней, в будущей богатой наследнице знатного фэйрийского семейства, дерзкую и нахальную побирушку, коей она, собственно, и являлась, и не прогнали прочь в первую же минуту разговора.
А там – видно будет...

0

10

Лайрион илль-Салквэ’ллири-линд лицезрел фэйри в первый раз в жизни, и её внешний облик показался молодому эльфу настолько диковинным, что он даже не знал, с чем его можно соотнести из имеющегося у него опыта. Окончательно упасть в лужу перед лицом юной девы ему помешало вовремя пришедшее на ум соображение о том, что дроу, сколь б ужасны и черны они ни были, вряд ли могут так свободно разгуливать повсюду при солнечном свете, а следовательно, странная барышня принадлежит к приличному дружественному семейству, раз уж так свободно и непринужденно разговаривает с лесными эльфами на границе их королевства.
– Меня зовут Лайрион илль-Салквэ’ллири-линд из рода лесных эльфов, – представился он, – и вы напрасно преувеличиваете мои заслуги, милая барышня. Отогнал вашего преследователя совсем не я – я, собственно, всего вторую неделю в дозоре...
Знакомство едва-едва успело состояться, а молодой эльф одним махом совершил целых две ошибки: не спросил у молодой барышни, кто она такая и с какой целью пожаловала в эти края (как будто не за этим он спускался с дерева), и с первой же минуты проговорился о своей неопытности, как бы приглашая её этим воспользоваться.
Более опытный и старший кареволосый напарник на вершине дерева шевельнул острым ухом, без сомненья, прислушиваясь к зачинающемуся внизу разговору, однако больше не шевельнул ни одним мускулом в знак того, будто бы он хочет вмешаться; даже частота морганий тёмноглазого осталась прежней – так, как если бы ни тема разговора, ни ещё что-либо, там происходящее, совершенно его не волновало.

0

11

Моарамнисэль застенчиво улыбнулась, скрывая неподдельное удивление и недобрую усмешку, предназначенную для совершенно другого аристократа. «Ну надо же!.. Судя по имени, он наверняка из очень знатной семьи... И красавчик – ничуть не хуже Сильбера. А уж до чего же учтив и вежлив – это уже ни в какое сравнение не тянет... Кто воспитывал тебя таким нетронутым, зеленоокий?..»
– Моарамнисэль Карпертернис, – мелодично прощебетала она. – Я здесь, чтобы узнать, кому из ваших эльфов может принадлежать это, – её серая изящная ручка сама собою заползла в нагрудный карман и достала оттуда эльфийскую фибулу (ту самую, найденную в тайнике, с рисунком в виде герба), аккуратно завёрнутую в чистую белую тряпицу.
– Семейная реликвия, – пояснила Мора и жеманно хихикнула, изображая смущение.

0

12

Лайрион догадался, что девица приветствовала его по каким-то принятым в её среде правилам этикета. Он не стал возражать, пусть даже и не всё понял – этикет эльфов, столь же богатый на самые разнообразные правила, неписанные законы и традиции, был всё же намного проще, гибче и естественнее, и вот такое вот жеманное хихиканье при показе постороннему семейной реликвии – «Это ведь эльфийская вещь! Как, кстати, она у неё оказалась?..» – в значительной степени сбивало его с толку. Эльф способен был открыть семейную тайну только другу, а такое не происходило в первые же минуты знакомства. Даже для отдельных представителей короткоживущих рас, совместное поедание «пуда соли» с которыми (не говоря уже о двух и более) просто невозможно было растянуть на века – хотя, сражаясь бок о бок с кем-либо, можно было до некоторой степени форсировать это событие.
– Да, это эльфийский герб, – своим мягким, певучим голосом подтвердил он, рассматривая фибулу. – Мадемуазель, скажите, как попала к вам эта вещь?
Кэртерион, до этого спокойно сидящий на вершине дерева, насторожился и посмотрел вниз – происходящее начало казаться для него интересным.

0

13

«Как попала?» – странное ощущение, когда происхождение вещей не требовалось скрывать. Моарамнисэль, быть может, впервые подумала о том, до чего же приятно быть богатой наследницей и жить честно.
– Это досталось мне от моего отца, – созналась она, – я, видите ли, полукровка. Я стала фэйри, когда приняла Эликсир.«Надеюсь, вы слышали, что это такое, так что мне не придётся об этом долго рассказывать?» – И вот сейчас, когда я осталась без матери, – Моарамнисэль подбавила в голос умеренную долю скорби – ровно столько, чтобы не показаться бесчувственной и разжалобить этого молодого эльфа, – я бы хотела узнать хоть что-нибудь о своём отце, это очень плохо, когда приходится жить совершенно одной на свете... – на последнем слове Моарамнисэль весьма кстати всхлипнула – и примерно наполовину эта реакция у неё была не наигранной.

0

14

– Мне очень жаль, – просто и честно ответил молодой эльф: похоже, в его эльфийской остроухой голове не укладывалось, что кто-то может спекулировать на таких вещах. Ещё бы, ведь семья для эльфа – это дело святое. Молодой эльф смахнул с глаз слезинку, посмотрел вверх и призывно замахал рукой. Он очень хотел помочь девушке, однако у него было мало опыта, и ему бы сейчас очень пригодился совет своего напарника, наставника и учителя.
Благо, Кэртериону не нужно было повторять то, что он уже и так расслышал благодаря своему по-эльфийски острому и чуткому слуху. Спустившись с дерева, он, в свою очередь, также взял фибулу и попытался рассмотреть выгравированный на ней герб, после чего посмотрел её на просвет, как бы подозревая подделку.
– Этот герб принадлежит очень древнему, а ныне угасшему почти эльфийскому роду, – наконец сказал он с уверенностью знатока. – Почти всех мужчин этого рода погубила война... будь она неладна. Лайрион, я думаю, ты должен проводить эту фэйри к древу княгини Яшмовой – без твоего посредничества двери её дома даже не откроются для неё.
– А как же... – Лайрион илль-Салквэ’ллири-линд бросил быстрый взгляд вверх, где в ветвях дерева скрывалась их дозорная площадка: желание оказать услугу прекрасной деве боролось в нём с решимостью не покидать пост и не оставлять своего напарника один на один с врагом – пусть даже с таким, что сейчас тихонько шебуршился и пищал свои потешно-жалобные угрозы в кустарнике.
– Иди, иди!.. – дружеским тоном подтолкнул его Кэртерион. – Ты что думаешь, я такой дряхлый, что даже несколько часов без тебя посторожить не смогу?
– Нет, конечно, – смущённо ответил Лайрион и подал мадемуазель руку.

0

15

«Древнему роду? Так я что, и здесь знать?» – Моарамнисэль тут же начала гордиться собой, даже не подумав, насколько всё это было преждевременным. Ещё неизвестно, как оказалась у её матери эта фибула. Под руку с прекрасным эльфом прошествовала она по зелёной траве куда-то вглубь эльфийской территории, даже не задумываясь, куда тот ведёт её на заклание. В голове вертелось «Княгиня!.. Княгиня Яшмовая...» – об эльфийской знати Моарамнисэль знала только, что у эльфов в обычаях было связывать знатные эльфийские рода с драгоценными камнями, но не задумывалась ни откуда пошла эта традиция, ни с чем это было связано... ни даже какие рода с какими камнями существовали сейчас, в настоящее время. Она думала только: «Раз княгиня, значит, должен быть и дворец...» – и с меркантильным любопытством вертела головой во все стороны, стремясь увидеть этот дворец как можно скорее. «За этим поворотом или за следующим?..»
Зачем богатой наследнице огромного состояния, уже решившей порвать с безденежной грязной работой наёмницы и ныне вести только приятную, честную, практически добродетельную сытую и пресную жизнь, такие откровенно загребущие, хапужно-хищнические цели и замашки, Моарамнисэль и сама затруднялась дать объяснение.

---> Фамильное древо князей ар-Т’аласанда

0

16

Калиоль наконец-то смог выпутаться из ветвей, выбрался на волю из кустов и огляделся, старательно потягивая воздух чутким чёрненьким носиком. Его обидчицы уже давным-давно не было на поляне. «Наверное, эльфы замели...» Ею даже не пахло. А пахло раздавленными ягодами – здесь толстый крысюк испустил восхищенный писк – спелые и сладкие ягодки, что в суматохе давеча были обронены обидчицей, преспокойно валялись на траве... и вокруг, на ветвях, также было полным-полно малины. Калиоль набросился на неё, словно коршун на свою добычу, и начал с жадностью уписывать за уши, чавкая и громко урча от удовольствия. Его крысиная жизнь снова была хороша...

Досыта налопавшись сочных ягод, Калиоль снова вспомнил, что в лесу живёт злой волшебник, и взлетел ввысь – верещать что-то наподобие: «Эй! Ау! Эльфы! Где вы?..»

0

17

Кэртерион, приставив руку, посмотрел из-под «козырька» на странного лесного зверёныша, который, вопреки всем законам логики и здравого смысла, вовсе не собирался улетать после того, как схлопотал гуманной «отпугивающей» стрелою, и подумал: «Что ему здесь, медом намазано?..» Ну ладно, зверёк мог быть слишком храбрым (слишком глупым или слишком голодным), так что не пустился наутёк, когда выбрался, наконец, из кустов и снова принялся лакомиться ягодами. Но с чего ему захотелось поговорить? Али жаловаться собрался?
– Ну, я здесь, – сказал он, поднявшись на ноги и горделиво встав у края сторожевой площадки так, чтобы его было лучше заметно. – Можешь говорить, какое у тебя есть дело до нашего народа.

0

18

Толстый наглый крысюк заметил эльфа и решил, что тот подойдёт – раз уж этот эльф решил откликнуться на его вопли. Ощущение сытости сделало Калиоля очень нахальным крысом, воображающим, будто весь мир обязан вращаться вокруг него и его проблем.
К сожалению, память у крысёнка была совершенно короткая.
– Я пришёл рассказать вам об одной большой важности, – заявил он до крайности самоуверенным тоном. – Только её у меня больше нет. На меня напали и украли кристалл. Это было... – и нахальный откормленный зверёк поднял перед собою правую лапку и принялся загибать пальчики, – сёдня... вчера... Нет! Позавчера это было. Просто возмутительно!! – голос крысюка понемногу начал срываться на визг. – А сегодня, представляете, сегодня миня под зад стукнули!! Это тоже должен быть злой колдун! Он миня, наверное, приследует! Больше некому!!
Если б толстый мохнатый крысюк только знал, кто на самом деле его стукнул, и кого он, получается, только что назвал злым колдуном... Калиоль сию секунду бы пустился наутёк, оглушительно визжа и летя зигзагами, чтоб в него труднее было прицелиться. К сожалению, соображалка включалась у глупого зверька только тогда, когда он хотел заполучить себе что-нибудь вкусненькое...

0

19

Кэртерион нахмурился. Только что нахальная зверюшка, ничтоже сумнящеся, обозвала его злым волшебником. Его, лучника...
«Ишь чего выдумал, пузатая ты летающая мелюзга!..»
Эльф фыркнул – до чего же всё это было абсурдно.
– Что же, хочешь сказать, и кристалл я тоже у тебя отобрал? – с наигранной угрозой в голосе произнёс он, доставая из колчана новую «отпугивающую» стрелу и прицеливаясь почти в упор крысюку в брюхо. – А вот я считаю, что тебя бы не мешало поучить хорошим манерам.
Стрелять эльфу не хотелось – вдруг надолго дух выбьется из зверюшки. А вот попугать немного в воспитательных целях – почему бы и нет?

0

20

Калиоль посмотрел на лук и стрелы, вздрогнул и сдал назад. Очень уж угрожающе выглядела желтоватая кленовая эльфийская стрела с очень странным круглым утолщением на конце.
– Нет, что вы, что вы! Конечно же, это были не вы. Это был волшебник. Человеческий волшебник. А ещё ему прислуживала гигантская крыса. И страшный демон, – глубоко и тяжело вздохнув, усмиряя свой нрав, принялся объяснять крысёнок, пока эльф не привёл свою страшную угрозу в действие. С перепугу крыс даже не задумался, почему эльф принял его слова на свой счет. – Я не хотел сказать ничего обидного. Чесна-чесна. Я просто подумал – может быть вас заинтересует, что рядом творится такое безобразие. Это безобразие же ведь, правда?
Глазки у крысюка были большие, круглые и невинные, разве только что немного бегали по сторонам. И вообще, Калиоль ужасно хотел понравиться эльфу, и направленная в его пушистое брюшко стрела была крайне убедительным доводом, чтобы постараться хорошо вести себя, пока этот сердитый эльф так с ним разговаривал.

0

21

Потешный крысюк испугался, заюлил и принялся настаивать, что только хотел предупредить об опасности. На какое-то время Кэртериону подумалось, что забавный крикливый зверёк всё это выдумал, тем паче, что в его рассказе фигурировала гигантская крыса. Если бы – не доведи, Единый – Кэртериону пришла бы в голову такая недостойная идея, как выдумать кого-то, на кого было бы можно свалить свою неудачу, то этим мнимым виновником, вероятнее всего, оказался бы дроу. И в том, и в другом случае – недостойные сородичи. Ну что, идея понятна?
– Так ты говоришь, очень большая крыса? – с усмешкой поинтересовался он у крысёнка. – Насколько она больше тебя? И что, тоже летает?

0

22

– Очень большая, – честно признался Калиоль. Врать эльфам было опасно: говорят, что они ложь за версту чуют. Чуть где присочинишь – сразу зватаются за лук и стрелы. Так что глупый крыс даже и не подумал перехитрить того сурового эльфа. – Много больше меня. Я ему до... – тут Калиоль вспомнил, что про эльфов говорили, будто бы они не любят, когда при них употребляют грубые, низкие или неблагозвучные слова. А как быть, когда просто требуется назвать грубую, низкую и неблагозвучную часть тела? Не вря. То есть, не соврая. В общем, неважно: главное, что и ложь, и правда – они обе были способны оскорбить эльфийского лучника. – Я ему чуть ниже пупа, – покраснев как земляничьи ягоды, наконец от всей души признался крысёнок. – И он не летает. К счастью для меня, а то бы мне вообще сбежать не удалось.
На крысёнка нахлынули воспоминания, он не мог им более противиться и заревел:
– А ещё!.. Он ещё!.. Он плохой – он кролика ку-у-уша-а-а-ал!..

0

23

Наблюдать за Калиолем было забавно. Настолько забавно, что Кэртерион не удержался от того, чтобы не отпустить шпильку в адрес смущающегося крысёнка. Только что орал на весь лес, что его пребольно тюкнули пониже спины – а теперь, вот, стесняется. Ну разве не глупый крыс? Как его понимать?
– Что же ты, выходит, по размерам ему был заместо детёныша? – засмеялся эльф. – А скажи мне, как ты узнал, что это был кролик? Ты не обознался там, случаем? Лучше бы сочинил чего-нить поинтереснее – глядишь, дриады бы сжалились над тобой и бы покормили тебя, не пришлось бы драться с фэйри за горстку малины. А затем – получать стрелой в зад за нарушение тишины в приграничных условиях. Доедай скорее свои ягоды и чеши отсюда, покуда я терплю твои выдумки.

0

24

– Он забрать у миня палочка, махнуть ею и сказать, что хотеть жареного кролика, – начал плаксиво объясняться крысёнок. – И тагда паявиться жареный мясо кролика, он его начать смачна жрапать, и тагда я суметь драть. Утикать, то есть. До того он хотеть... ам-ням-ням-ням... кушать меня, – в минуты волнения Калиоль временами забывал, что и как ему нужно говорить, и тогда крыс говорил по-простецки. Калиоль старался говорить правильно, когда было перед кем изображать из себя важную зверушку, но поскольку этот эльф сам сказал про нехорошую часть тела, где у Калиоля начинался хвостик, значица, с ним можно было особо не церемониться. Точненьки!
– Эт ты врёшь! Ничево я асобо ни сачиняю! – сказано – сделано, начал бурно нагонять пургу на эльфа крысёнок. – Тот бальшой крыс напал на нас с камнем, едва-едва не убил дриаду Алессандру, запихал миня в сумку на ужин и пахитил кристалл! Мы его с ней, между прочим, как раз к вашим магам тащили! И диревья там странные! На поляне, где мы нашли эту штуку! Кристальчик тот самый! А Сильвана миня, между прочим, уже допрашивала! И топила в ручье, штобы я паскарее вспомнил дарогу, кагды драпал! И вилела как можна скарее литеть к дубу!.. Я ни понял зачем... тока это, навирняка, очинь важно, так што я ни абиделся! И она гаварит, што весь лес в апасности! Понял, ты, остроухий, да?!..
В этот момент крысёнок сообразил, кто в ответе за его синяк на сидючем месте, и тут же добавил, почти срываясь на визг:
– Такшта нечева миня сваей глупой стрелой прямо в попу тыкать! Я – нивкусный! Во мню памидоров много!..
Кто такие были эти «помидоры», глупый крысюк не знал (такие в лесу никогда не росли) – но звучало это слово, словно какое-нибудь человеческое ругательство. Так что Калиоль был собой очень горд, что сообразил, догадался, как ему теперь можно отругиваться от желающих «познать» крысёнка в гастрономическом плане.

0

25

Кэртерион смотрел на разум... совершенно неразумную разговаривающую зверюшку со всевозрастающим удивлением. «Вот так крыс! Никогда не известно, что он ляпнет.»
– Ах вот как? – глупый маленький зверёк всё больше и больше накручивал себя, и эльфу доставляло огромное удовольствие провоцировать его на всё большие и большие глупости. И – допровоцировался. Наглый зверёк от обороны перешёл к нападению и начал выкладывать одну свою выдумку за другой, приплетая к ним известных эльфу дриад: в лесу все про всех что-нибудь да слышали – особенно в отношении существ, принадлежащих к так называемым Волшебным народам с большой продолжительностью жизни. Это букашки-однодневки не успевают познакомиться с другими такими же букашками, обитающими на той же поляне.
Однако настойчивый (хотя и бессвязный) рассказ крысюка заметно поколебал скептическую убеждённость эльфа. События в крысиной интерпретации ничего не значили. Но только здесь было одно «но». Проверяемость рассказа. А распускать выдумки о такой известной и, скажем так, достаточно неординарной личности, как Сильвана, заранее зная, что это не подтвердится, не рискнул бы даже такой «летающий язык – помело без костей», как не в меру прожорливый и назойливый мохнатый крысюк.
Значит, был и допрос, и посыл биться головой о дерево, и воспитательно-принудительное купание в ручье. Конечно, не в том порядке и не в той интерпретации, как поняла это глупая летающая животинка – однако то, что этим делом заинтересовалась сама Сильвана, означало, что произошло нечто действительно из ряда вон выходящее. Не мешало б больше узнать об этом – и, конечно же, доложить королеве. Эльфы не должны были на этот раз оказаться в стороне от важных событий Леса.
Эльф прыснул – только что размеренное течение его мыслей было поколеблено заявлением крысёнка относительно местонахождения помидоров.
– И откуда ты добыл столько помидоров? Опять к людям летал, их посадки обворовывал?
Многие в лесу были против самовольных похождений крысёнка. Натворит там что-нибудь – и в результате навлечёт беду на весь Лес.
– На тебя там ещё облаву не объявили? Мародёр хвостатый!
Это была маленькая эльфийская месть за «остроухого».

0

26

– Я ни краль! – Калиоль мало-помалу начинал сердиться: что за эльф ему попался такой непонятливый? Рассказ не понимал, гнал отсюда... А Калиоль вообще любил делать то, что ему запрещают. Вот если бы его бы ласково попросили... Хотя с такими затейниками, как лесные эльфы, даже в этом нужно было держаться начеку: как то раз крысёнку попался один такой молодчик (Калиоль как раз пытался чего-то стибрить из эльфийской корзинки для пикника), что отвесил крысёнку церемонный поклон до самой земли (как один эльфийский щёголь другому) и сказал «Ласково прошу вас отсюда». И прожорливый, лукавый и вороватый крысюк так и не попробовал на зуб, чем питаются эльфы.
– Я те на ухо шепну, где там в башне у волшебника хранятся его помидоры, – Калиоль имел в виду то помещение, где он весело кидался в большого крыса безделушками. По понятиям крысёнка, там не только помидоры можно было найти.
Крысюк подлетел ближе, приоткрыл пасть, где торчали два верхних зубика, чёрно-красных от самого разнообразного ягодного сока. Нет, конечно, кусать эльфа за ухо он вовсе не собирался. Калиолю пришла в голову хитрость получше.
Крысюк ухватился лапками за эльфийскую охотничью шапочку и... надвинул её ему прямо на глаза. После чего глупый маленький зверёк бросился утикать прямо в сторону эльфийских земель – в самую их глушь и чащу, при этом, против обыкновения (вот до чего доходит крысиная хитрость!) не вереща, а лихо и отчаянно лавируя между деревьями, потому что хитрый крысюк вовсе не собирался изображать из себя утыканную стрелами тренировочную мишень.

---> Летний дворец

0

27

Глупый крысюк, конечно, принялся всё отрицать, а затем – вероятно, не найдя доводов – отступился и попытался заключить с эльфом сделку, а потом... В первый момент эльф не понял, что случилось, почти сразу показалось, будто глупый Калиоль напал на него – «Вот идиот!» – а когда Кэртерион схватился за лицо, собираясь сорвать с головы глупую и надоедливую животину, но нащупал только ткань своей охотничьей шапочки, эльф, наконец-таки, сдёрнул её с лица и...
...И увидел, как только тыльная часть крысёнка вдалеке мелькает между деревьями.
Только что Кэртерион упустил нарушителя.
«Вот зараза обжорная!..»
Эльф не сомневался в том, что ушлый пронырливый крысюк стремится прорваться в эльфийский лес только потому, что там, по его понятиям, водилось очень много диковинных ягод специфически эльфийских сортов, и прожорливый зверёк настолько мечтал полакомиться ими – хе-хе, запретный плод сладок! – что даже был готов получить эльфийской стрелой себе в задницу. Прошлым летом его с трудом отогнали уже где-то на подступах к ш’иналийской поляне – неразумная животина не видела разницы между ничего не стоящими, повсеместно распространёнными ягодами, которые никто ей не запрещал жрать, и редкими сортами, из которых производилось дорогое эльфийское вино, употребляемое только по чуть-чуть и по особым событиям.
«Плохо, если он на этот раз сумеет прорваться и подгрызть весь наш урожай... или если его по-настоящему пристрелят где-нибудь на подходах...»
Кэртерион, немного пошатываясь, подошёл по настилу своей площадки к стволу, где у него находилось выполненное в форме цветка-вьюнка переговорное устройство с наполовину разряженным амулетом, связался с лесными стражами ш’иналийской поляны и вкратце изложил им ситуацию с наглым прорывом Калиоля в Эльфийский лес. Стражи – сегодня дежурили «близнецы Э’» – ребята не очень серьёзные, но зато остроумные и изобретательные – весело пообещали «искупать крысу в дёгте», после чего не очень вежливо отключились, однако Кэртериону и в самом деле было больше незачем продолжать их разговор. Эльф уселся, свесив ноги с площадки, и принялся размышлять о том, сколь переменчива и причудлива бывает судьба: только что Кэртерион собирался преподать урок своему юному и наивному напарнику – а чуть позднее и сам попался на совсем дурацкую и детскую уловку, которой он не ожидал даже от крысюка.
«Ай да Калиоль!.. Ай да крыса!..»
Специально разыскивать и мстить крысёнку эльф не собирался, однако при случае запулить ещё раз в тыл зверюшке отпугивающей стрелой... «Это безвредно. Поболит и перестанет... Он же всё равно почти никогда не садится...»

0

28

Летний дворец <---

Громко пища и жалуясь на весь лес на свою плохую судьбу и злых охальников-эльфов, Калиоль стрелой пересёк границу. Ушибленные «отпугивающей» стрелой места больно ныли, однако прожорливый крысюк очень сильно сомневался в том, что кто-то возьмётся помочь ему – скорее уж засмеют, как всегда. А если не засмеют, так обреют, чтобы удобнее было смазывать эти места целебными мазями.
Проблемка была в том, что шёрстка на этих местах была очень сильно нужна крысюку – так сильно нужна, что он был готов и потерпеть. Если ты животное, причем говорящее и разумное животное, способное понимать чужую речь, для тебя становится очень важным – есть ли у тебя или нет шерстка на заднице. Если хотите, это вообще вопрос гордости. А то ведь заприкалывают же такие некоторые... остроухие...
Вслед ему от эльфов вылетело ещё несколько стрел. Калиоль испуганно завопил и наподдал скорости, не сообразив, что если стрелы обгоняют его, для крысёнка они уже не опасны. Но всё равно не догнал, устал, запыхался и, выбившись из сил, опустился возле каких-то кустов передохнуть. Неподалёку рос куст с мелкими красненькими и кисленькими ягодками. «Очень кстати» – подумал крысюк, и утолял свою жажду до тех пор, пока от кислоты у него не начало сводить скулы и пощипывать длинный розовый язычок.

---> Ягодные кусты

0


Вы здесь » Миранделла: Enchanted World » Эльфийский лес » Поляна на краю эльфийского леса


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC